В начало мемуаров         Окончание        В начало сайта

Комментарии к воспоминаниям А.В. Шайкина

ЖИЗНЬ ПО СОВЕСТИ

В семидесятые годы в Киеве сняли документальный фильм "Я и другие". О том, как сильно зависит сознание человека от «общественного мнения». На глазах кинозрителя психологи проводили эксперименты. В одной аудитории психолог показывал студентам портрет человека: "Это преступник, убийца. Какие черты характера вы бы выделили в нем?" Ответ студентов: "В глазах – равнодушие. Расположение морщин свидетельствует о непреклонной воле, патологической жестокости». Предъявляют тот же портрет другой аудитории со словами: «Это – портрет выдающегося ученого…" Оценки прямо противоположные: "В глазах – проникновенный ум. Морщины – свидетельство мудрости…"

Разве не то же самое сделали с народом средства массовой информации, начиная с конца восьмидесятых годов? Население (трудно называть людей, ныне живущих на территории России, народом – разрушено его единство) предпочитает довольствоваться готовыми выводами, которые предлагаются с экранов телевизоров и страниц «желтых» изданиями.

Подлость стала приобретать статус обычая с августа 1991 года, когда произошло нечто, называемое «путчем», «попыткой путча», что совершенно не соответствует истине. Напомню суть дела. В августе 1991 года все мы, кто жил в это время на территории РСФСР, были гражданами Советского Союза (заметьте: не РСФСР, не других союзных республик!). Все мы имели единое союзное гражданство. Все военнообязанные принимали военную присягу и расписывались под ней. То есть присяга – это документ. Не случайно в военных билетах всех военнообязанных обязательно указывалась дата принятия военной присяги. Приведу ее дословно, потому что многие нынешние современники не понимают, что это такое. Специально выделяю особо значимые слова.

«Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооруженных Сил, принимаю присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным воином, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров и начальников.

Я клянусь добросовестно изучать военное дело, всемерно беречь военное и народное имущество и до последнего дыхания быть преданным своему народу, своей Советской Родине и Советскому Правительству.

Я всегда готов по приказу Советского Правительства выступить на защиту моей Родины – Союза Советских Социалистических Республик и как воин Вооруженных Сил я клянусь защищать ее мужественно и умело, с достоинством и честью, не щадя крови и самой жизни для достижения полной победы над врагом.

Если же я нарушу эту мою торжественную присягу, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение трудящихся».

 Такую присягу принимали и ставили под нею подписи полковник запаса Горбачев, полковник запаса Ельцин, подполковник КГБ СССР Путин.

Теперь судите сами, кто они – «политическая элита» или изменники Родины… Президент СССР Горбачев, по должности обязанный обеспечивать всеми средствами защиту конституционного строя и территориальную целостность СССР, не арестовал заговорщиков в Беловежской Пуще (Ельцина, Кравчука, Шушкевича), подготовивших решение о «роспуске» СССР.

Президент РСФСР полковник запаса Ельцин, избранный на эту должность 12 июня 1991 г., тоже на эту дату был гражданином СССР, он изменил военной присяге, совершил покушение на территориальную целостность СССР.

Подполковник КГБ Путин, уволившись в 1990 году в запас, оставался в действующем резерве КГБ до начала 1992 года. Вместо защиты конституционного строя СССР – главной функции КГБ СССР – Путин пошел на службу в советники к А. Собчаку (с мая 1990 года – главы администрации Ленинграда), который являлся членом Движения демократических реформ. Движение было создано в июле 1991 г. и возглавлено людьми, также приносившими присягу в том, что они готовы защищать Советский Союз «не щадя крови и самой жизни». Это А.Н. Яковлев, Шеварднадзе, Вольский, Гавриил Попов,  Собчак и некоторые другие. Служа одному из разрушителей СССР, Путин оказался тем же, чем были для генерала-предателя Власова его офицеры-власовцы. Кроме того, находясь на посту президента РФ, Путин ничего не сделал для привлечения к уголовной ответственности за измену Родине Горбачева, Ельцина, маршала Шапошникова, генерала армии Грачева и других виновников разрушения. А ведь Российская Федерация является правопреемницей СССР.

Отсутствие приказа не может считаться разумным доводом в пользу перехода гражданина СССР на сторону противника, тех, кто действовал в соответствии с желанием западных правительств с целью разрушения Советского государства. Гарнизону Брестской крепости Советское правительство тоже не отдавало приказов, однако солдаты и офицеры сражались с немцами целых два месяца. Уже не говорю о пограничных нарядах, вступивших 22 июня 1941 года в бой с врагом, о простых солдатах, не имевших никакой связи с командованием. Так что отсутствие приказа не аргумент. Так недолго и генерала Власова, и тысячи власовцев оправдать: они ведь тоже в окружении приказов не получали, тем не менее одни с боем прорывались к своим, другие сдавались и переходили на сторону противника. Юридические тонкости бессильны перед выбором совести, когда дело касается Родины.

 Такое предисловие необходимо, чтобы посетители сайта, вниманию которых предлагаются мемуары Андрея Васильевича Шайкина, постоянно учитывали фактор идейного и нравственного разрыва поколений. То, что было дорого для Шайкина (преданность Родине, своему трудовому классу, солдатской дружбе, семье, жене, ответственность перед потомками), сегодня выглядят… неуместно.

Не исключаю, что многие гости сайта отнесутся к написанному крестьянским пером высокомерно. Ведь для них и так «всё понятно»: писал «совок» с начальным образованием. Им пропаганда так вдолбила в голову. Высокомерные наши современники думают, что это их собственное мнение. Им по башке поленом, а они: «Застучали тут мысли мне в темечко».

Наш современник видит и ощущает те же события в русле заданных концепций антикоммунизма и ненависти к большевизму, глядя на большевизм через чужие очки, подобранные для них политическими экспериментаторами.

Воспоминания Шайкина и нынешняя жизнь… Правда и Ложь. Простота и изощренность. Но не забудем главного! Это – голос из прошлого не одного Шайкина, а десятков миллионов преданных нами дедов и прадедов, ушедших из жизни в годы Гражданской и Великой Отечественной войн и после. Пока это голос одиночки против голосов десятков миллионов внуков и правнуков поколения предателей.

Кто этот одиночка и почему его нужно читать серьезно?

Андрей Васильевич Шайкин родился 16/28 октября 1900 года в крестьянской семье в селе Малая Сердоба Петровского уезда Саратовской губернии. С февраля 1939 года это село является районным центром Пензенской области. Умер в том же селе 13 июня 1998 года на 99-м году жизни.

В конце 1980-х годов он начал писать воспоминания и закончил в 1991. Они существуют в одной редакции, в двух экземплярах, в общих тетрадях, написанных ученической шариковой ручкой.

Я хорошо знал Андрея Васильевича, родного деда моей жены, мы дружили с ним. Еще при жизни он подарил мне одну из тетрадей, и выдержки из воспоминаний появились (уже после смерти деда) в пензенском журнале «Земство. Архив провинциальной истории России». Вторую тетрадь я передал через знакомого профессора в Институт истории РАН. Их собирались опубликовать, но времена изменились. Теперь исторической наукой такие мемуары «неинтересны».

Как видно из метрической книги Никольской церкви, отцом А.В. Шайкина был государственный крестьянин Василий Иванович Шайкин, матерью – Анастасия Афанасьевна (урожденная Морозова), оба – православного вероисповедания. Предки Шайкина в переписных книгах числились служилыми людьми города Петровска в Сердобинской слободе, прибывшими охранять от набегов крымцев, калмыков, ногайцев и прочих степняков порученный им участок Дикого Поля. Прибыли по указу Петра Первого от 5 ноября 1697 года. Первопоселенцы числились конными казаками. Их служба проходила на дальних и ближних караулах. После подавления восстания под руководством Кондратия Булавина, захватившее верховья Хопра и Медведицы, петровских станичников было велено именовать пахотными солдатами, а с конца 18 века – государственными крестьянами.

По сравнению с помещичьими, государственные крестьяне находились в привилегированном положении и жили относительно богато. Однако неприязнь к помещикам, дворянству сохранялась долго, присутствует она и на страницах воспоминаний Шайкина.

В 1905 году Малосердобинская волость стала одним из центров аграрного движения в Поволжье. Действовала боевая дружина, разъезжавшая по окрестным волостям, открыто, среди бела дня поджигавшая помещичьи имения. После осени 1905 года на территории Малосердобинского района не сохранилось ни одной помещичьей усадьбы. А.В. Шайкин не одобрял действий поджигателей. Но и к столыпинской аграрной реформе относился крайне негативно. В период ее проведения Шайкин был 10-16-летним подростком. Поэтому его оценки, скорее, не собственные. Они принадлежат более старшим поколениям.

Вызывает интерес отношение автора к руководителям государства. Царя Николая Второго не вспомнил ни разу, хотя прожил при нем 17 лет. Образец народного вождя Шайкин видел в Ленине. Сталин для него – «враг народа». Одобрял Ю.В. Андропова за то, что, по мнению Андрея Васильевича, тот боролся за дисциплину в стране и что наконец-то вспомнил об участниках Гражданской войны, повысив пенсии.

Особо следует подчеркнуть, что Андрей Васильевич никогда не был ни комсомольцем, ни коммунистом, ни беспартийным активистом. Простой крестьянин. Самый «высший пост», который он занимал при жизни, – это колхозный завхоз и заведующий током (местом привоза с полей и первичной сортировки зерновых в период уборки урожая).

Гражданская война, с точки зрения бывшего красноармейца, отнюдь не была братоубийственной. Неприязненно относясь к дворянам, он питал двойственное отношение к казакам. С одной стороны, осуждал за поддержку дворян, с другой – жалел, что многие казаки, будучи такими же тружениками, как и Андрей Васильевич, пошли за дворянами и оказались никому не нужными в эмиграции. Было и другое обстоятельство. Из Малой Сердобы, как и из других сел Саратовской и Пензенской губерний, малоземельные крестьяне на время полевых работ ходили на заработки к казакам в Область Войска Донского. Так повелось со второй половины 18 века. Поэтому казачье сословие воспринималось ими как враждебная крестьянству среда.

Шайкин – патриот, государственник. Интересы государства для него выше, чем интересы индивида. Однако государство должно жить по справедливым законам, поддерживать честного труженика. Важны для него и законы товарищества. Он тяжело переживал высылку в годы коллективизации бывших красноармейцев, записанных в «кулаки». В Малой Сердобе их сослали в холодные края почти поголовно. Естественно, что среди них ходили разговоры о Сталине, предавшего идеалы революции и тех, кто вместе с ним «прогнали» белогвардейцев. Но для Шайкина это не повод, чтобы из-за предательских деяний вождя порочить систему, Советскую власть. Автор мемуаров написал удивительно мудрые слова: «Если я на Сталина обиделся за то, что нас он загонял в колхоз принудительно, я должен Родину сдать и идти в рабы и все поколение отдать в порабощение? Сегодня Сталин, завтра Х-ярин, нынче  Горбачев, завтра Лихачев, а Родину сдать и быть рабом – это невозможно, лучше помереть». Такова жизненная установка советского солдата.

Шайкин не выпячивает собственных заслуг, похвальба для него чужда. Мы видим лишь гордость за честно прожитую жизнь, за то, что детей воспитал достойными людьми, за то, что у него много внуков, и они живут хорошо. Это для него главное, а не фронтовые подвиги. И еще важна доброта людская: о добрых поступках он рассказывает с особой теплотой.

В воспоминаниях Шайкина не найти отвлеченных рассуждений на тему, что лучше, капитализм или социализм. Для него преимущества социализма настолько очевидны, что не нуждались в доказательстве. Такое убеждение сформировалось у Андрея Васильевича на основе народной нравственности. Из которой следует: справедливость выше сытости. Во имя социальной справедливости, государственной, национальной или духовной идеи поднимались восстания, велись многочисленные войны. А вот ради удовлетворения физиологических потребностей в худшем случае совершались разве что уголовные преступления.

Суть трактовки истории России в ХХ веке Андреем Васильевичем Шайкиным в следующем.

1. Россия укрепляла свое могущество благодаря усилиям многих поколений простого народа. Который сам для себя отвоевал право жить и работать на этой земле. И в их числе предки мемуариста, воевавшие с татарами, Наполеоном и турками. В то же время народ угнетали помещики и капиталисты. Они всегда стремились к тому, чтобы отнять у народа богатства, по праву принадлежащие тем, кто на земле трудится. Одна из самых ненавистных для автора воспоминаний фигур отечественной истории – Столыпин. Он не только совершил покушение на общенародную землю, но натравил одну часть крестьян на другую. То есть Столыпин – один из творцов будущей Гражданской войны. Если бы не революция, крестьяне «перерезали бы друг друга», считал Шайкин.

2. Народ не вытерпел несправедливости и «прогнал» помещиков и капиталистов. Спасителем народа был Ленин. (Сравните есенинскую строку в стихотворении на смерть Ленина: "Того, кто спас нас, больше нет"). Итогом деятельности народного  вождя, считал А.В. Шайкин, стала свобода, воля, просвещение народа и набиравшая мощь в двадцатые годы Советская страна.

3. Сталин, пришедший к власти после смерти Ленина, оказался «врагом народа». Его первое преступление – насильственная коллективизация, второе – несчастное начало Великой Отечественной войны, обрекшее на ужасные мучения миллионы советских людей, третье – покушение на Волю («все ходили под дулом нагана, партийные и беспартийные»). Такая точка зрения совпадает с мнением старых большевиков, которые считали, что в конце двадцатых - начале тридцатых годов был совершен контрреволюционный переворот.

4. После Сталина жить стало хорошо, молодежь училась, стариков уважали, но не хватало дисциплины. Возвращать народу волю следовало одновременно повышая требовательность. "Хорошим руководителем" был Андропов. Любопытно, что Шайкин ни разу не назвал имени Горбачева. Который "много говорил", а к "говорунам" в народе относились с недоверием. В моих разговорах с ним он особо выделял среди военачальников маршала Жукова. Андрей Васильевич не читал мемуаров маршала, его точка зрения сформировалась, конечно, в годы войны. Между прочим, его родной брат Степан, живший с Андреем Васильевичем по соседству, видел Жукова незадолго до начала Курской битвы и даже разговаривал с ним. Старшина Степан Васильевич Шайкин находился в окопе, когда заметил, что по ходам сообщений двигается несколько офицеров в сопровождении автоматчиков. Передний в генеральской фуражке и в кожанке остановился перед Степаном Васильевич, спросил: "Как настроение, старшина? не надоело в окопах торчать?" Тот был человек бойкий и ответил: "Как не наоело, пора бы прогуляться!" "Ничего, скоро начнем", - ответил генерал и пошел дальше. "Браток, это кто?" - спросил Шайкин автоматчика из охраны. "Жуков", - ответил тот. "Эх, побег бы за ним поговорить еще немного, да разве охрана пустит!" - горевал потом Степан Васильевич. Под Курском он подбил из бронебойного ружья два танка, стал младшим лейтенантом, а с войны вернулся по тяжелой контузии в 1944 году с орденами Красного Знамени, Отечественной войны и Красной Звезды. Героический брат был у Андрея Васильевича.

Наивен ли взгляд на советскую историю крестьянина Шайкина? Разберемся по порядку.

Первый. В этом пункте отражен классовый подход крестьянина к событиям истории. Примем как факт, что Шайкин не прочел ни одной марксистской книжки, следовательно, не имел «научного» представления о противоречиях между трудом и капиталом. Но прочувствовал интуитивно то, что Маркс доказал с помощью научного анализа. Опровергнуть Маркса с помощью инструментов науки невозможно, разве что путем метафизических ухищрений, то есть обратившись в конце концов к сентенции, что на все существует «воля бога». Но Знание и Вера (в сверхъестественное) – разные понятия, одно принадлежит к сфере Разума, другое – к сфере Чувства. Судить эти понятия по взаимоисключающим законам – занятие, лишенное смысла. Знание нельзя проверить Чувством, оно проверяется Опытом. В то же время не существует приборов, которыми можно проконтролировать или измерить Чувство. Хотя, конечно, такой вывод не исключает возможности внешнего воздействия на психику, но последнее ­ явление вполне материалистического содержания.

По второму пункту. Следует ли воспринимать всерьез отношение к Ленину как к «спасителю» России? Решайте сами, однако не стоит забывать, что подобный взгляд разделяли и беспартийные знаменитости: Бернард Шоу, Герберт Уэллс, Маяковский, Есенин… И даже, сквозь зубы, некоторые враги большевизма, вроде монархиста Шульгина, одного из главных организаторов белого движения. Так, Есенин, потрясенный смертью Ленина, писал: "Того, кто спас нас, больше нет!" Ленин - "простой и милый", "строгий отец". Маяковский посвятил Ленину одну из лучших своих поэм. Патриарх Алексий I, будучи тяжело болен и, видимо, предвидя близкую кончину, призвал паству помириться с Советской властью, а в отклике на смерть Ленина назвал его на страницах "Вечерней Москвы" "христианнейшей души человеком". Ленин и Христос… Что между ними общего? Немало! Как сказал один приходский священник, "Ленин бедных любил. Как Христос".

Объективно итогом деятельности правительства Ленина стало создание СССР. Много крови пролито? А существуют ли в мире великие государства, созданные малой кровью? Я не знаю таких. Да и лжи вокруг Ленина нагорожено много. К примеру, сотни раз на страницах прессы цитировались телеграммы Ленина в Пензенский губернский Совет немедленно и самым жестоким образом подавить восстание под Пензой («повесить, непременно повесить» его участников!). С чего бы такая озлобленность? В дальнейшем слово «повесить» исчезло из ленинского лексикона, хотя восстаний было сотни, в том числе в самом тяжелом для Советского правительства 1919 году. А дело в том, что в 1918 году, в Пензе находилась секретная «Экспедиция заготовления государственных бумаг», печатались деньги и другие ценные бумаги. Ее захват привел бы к полному экономическому краху молодое государство. Плюс Пензенская губерния в это время оставалась одной из немногих житниц, кормившей Москву и Петроград. Плюс важный железнодорожный узел: через Пензу возили войска на Самару, где власть принадлежала представителям «Учредительного собрания», которое пользовалось поддержкой восставшего чехословацкого корпуса и стран Антанты. В это время чехословацкий фронт был самым опасным для Советской республики. Отсюда нервный срыв Ленина, требование «непременно повесить», хотя на местах никто не воспринимал этого приказания буквально (да, вероятно, и сам Ленин). Из переписки с «пензенскими товарищами» ясно видно: Ленин полагал, что они не понимают всей опасности восстания, и потому нагнетал страсти. Фактически было расстреляно 13 участников Кучкинско-Бессоновского восстания, ровно столько, сколько восставшие убили красноармейцев и членов продотряда.

Вбивание в головы наших современников чувственного отношения к Ленину, как будто он только и занимался репрессиями, одна из главных идеологем нынешней власти. Ее смысл – не дать вырасти в России новому Ленину, спасти то, что наворовано у народа с 1991 года. Великое дело – отвага и интеллект. В Ленине сочетались оба эти качества.

 По третьему пункту. Шайкин совершенно прав. Коммунизм по-ленински и по-сталински – понятия прямо противоположные. Поиск истоков сталинизма в ленинском периоде – обычная антикоммунистическая практика. Во-первых, при Ленине власть принадлежала Советам, созданным по производственно-территориальному принципу. Естественно, большевистские ячейки занимались подбором кадров в советские органы власти. Этим занимается любая партия, пришедшая к власти. Но от имени партии (разумеется, «совместно» с Совнаркомом и ВЦИК) решения, имеющие силу законов, стали приниматься лишь с конца двадцатых годов. Государственная власть при Ленине – это власть Советов (революция совершалась под лозунгом «Вся власть Советам!»), при Сталине – это поначалу власть триумвиратов (в разных составах), а с тридцатых годов – единоличная власть генерального секретаря ЦК КПСС.

Почему именно на 1937 год приходится пик репрессий на политическую, научную, гуманитарную, производственную элиту страны? Не понимаю, почему об этом умалчивают. Тридцать седьмой стал годом массовых расстрелов, на мой взгляд, исключительно потому, что, согласно действовавшему на тот момент Уставу ВКП(б), в 1937 году должен был состояться 18-й съезд партии. Сталин запомнил итог голосования на 17 съезде, когда против него проголосовало большое число делегатов, поэтому решил упредить события… Он "слишком любил власть".

По пункту четвертому. Конечно, ни Хрущев, ни Брежнев, ни Андропов, ни Черненко, ни Горбачев не были коммунистами-ленинцами в полном смысле слова. Хрущев сам был виноват в репрессиях, на его совести не одна сотня замученных товарищей по партии. Брежнев, Андропов, Черненко и Горбачев – обыкновенные партийные чиновники среднего, но ловкого ума, завоевавшие высокие места на партийном Олимпе благодаря отсутствию у них твердых принципов, если не считать принципа беспрекословного подчинения вышестоящему начальнику. За всю свою жизнь они не написали ничего умного, что хотелось бы перечитывать. Интеллектуально выше других в этой четверке был Андропов, но и его потенциал не следует преувеличивать: он привлек в свою команду советников, составивших впоследствии ядро идеологов горбачевской «перестройки». Отсюда можно сделать вывод: Андропов не был проницательным человеком.

 Рассказ крестьянина о своей жизни – это мысли и чувства поколения Октябрьской революции, оболганной, оплёванной и облёванной неблагодарными потомками. Совершающими то же нравственное преступление, что и библейский Хам, посмеявшийся над отцом.

Поэт Ярослав Смеляков написал вещее стихотворение «Замечание». В 1970-е годы у части «патриотической» интеллигенции проснулся интерес к Церкви, монархии. И родились такие строки.

 С закономерностью глубокой,

Познанья жаждою полны,

Мы нынче тянемся к истокам

Своей российской старины.

Но в этих радостях искомых

Не упустить бы на беду

Красноармейского шелома,

Пятиконечную звезду.

Не позабыть бы, с обольщеньем

В соборном роясь серебре,

Второе русское рожденье

Осадной ночью на Днепре...

 Вспомним же о том, о чем забыли…

 

КОММЕНТАРИИ К ТЕКСТУ ВОСПОМИНАНИЙ А.В. ШАЙКИНА

 «Где у нас были господа?» Господами на родине А.В. Шайкина называли исключительно помещиков. Волостные и уездные власти «господами» не считались.

Марьевка, Алексеевский, Круглое – населенные пункты Малосердобинского района Пензенской области. Среди соседних бывших помещичьих селений А.В. Шайкин забыл упомянуть Огарёвку, Колемас и Топлое.

Село Трескино, совхоз «Пятилетка» - населенные пункты соседнего Колышлейского района. Камышинка, Екатериновка, Жуковка – населенные пункты соседних районов Саратовской области.

«Основали село Шингал.., Асмётовку…» - соседние деревни: Шингал – Малосердобинского района, Асметовка – Екатериновского района Саратовской области. Они основаны крестьянами Малой Сердобы в период Генерального межевания конца 18 – начала 19 веков с целью недопущения посягательств помещиков на земли государственных крестьян. По представлениям последних, наличие таких выселков являлось лучшим доказательством их прав на эти дальние земли. Следует заметить, что автор воспоминаний ничего не пишет о противоречиях в земельном вопросе с мордовскими земельными общинами, граничившими с малосердобинскими на протяжении около десяти километров на севере и северо-востоке. Это объясняется тем, что на протяжении трех сотен лет, со времени основания Малой Сердобы, с мордвой не было ни одного столкновения на этнической или хозяйственной почве. В то же время с помещиками, губернскими чиновниками, а также внутри сельской общины судебные споры и иные конфликты случались не раз (в период Генерального межевания, «картофельного бунта» 1841 года, Первой русской революции). Последняя массовая драка из-за сенокосов внутри малосердобинского общества (был убит губернский землемер) произошла в начале 1920-х годов.

«Мне говорили отец и дедушка, что она начинала строится на Горах». Малая Сердоба основана как слобода города Петровска, по указу Петра Первого от 5/15 ноября 1697 года, «на Горах» (см. об истории основания Малой Сердобы на нашем авторском портале страницу «Малосердобинский район» под рубрикой «Весь Пензенский край»).

«Была сделана крепость из леса и камней». На самом деле был построен деревянный острог, срублена засека. Район горского кладбища и поныне имеет неофициальное название «Засека», хотя лес отступил на полкилометра от этого места. Обычно вокруг острогов насыпали вал с камнями, с целью создания трудностей для противника, стремящегося сделать в оборонительном валу прокопы. Этот район Малой Сердобы автор воспоминаний назвал Кирпичихой (таково название одного из ближайших оврагов).

«На первых поселенцев нападали крымские татары». Известно о нападении на Сердобинский острог «кубанских татар» - ногайцев и горцев с Северного Кавказа в 1711  и 1717 годах. Все эти племена находились в вассальной зависимости от крымского хана, кубанские «салтаны» являлись близкими его родственниками.

«Петр Первый послал стрелецкий полк для заселения». Через несколько лет после завоевания Азова какая-то часть стрельцов, вероятно, на самом деле осела в Сердобинской слободе. После Московского стрелецкого восстания царь не был заинтересован в возвращении стрельцов из Азова в Москву, так как стрельцы поддерживали царевну Софью Алексеевну. Известно, что после Азовской кампании их расселили в губерниях между Москвой и Петербургом. Однако документальных свидетельств поселения стрельцов в Малой Сердобе пока не найдено, хотя о стрельцах как «основателях» села говорили все старики.

«И из Старого Славкина барина тоже прогнали». В мордовском селе Старое Славкино не было «барина». Мемуарист имел в виду борьбу славкинской мордвы с соседними помещиками.

«Нарезай (не ближние земли), а от границы Асметовки, от Липовки». Речь идет о дальних землях общины. В годы Столыпинской аграрной реформы крестьянам, вышедшим из общины, выделялись ближние и лучшие земли, что приводило к конфликту с основной массой крестьян, так как от общины оказывались отрезанными поля и водопои.

Очевидна ненависть автора воспоминаний к Столыпину. Теперь, разумеется, «общеизвестно», что Петр Аркадьевич был «патриотом», не желавшим «великих потрясений» и строившим «великую Россию», но, увы, революционеры не дали ему закончить святое дело. Однако объективно Столыпин нанес России колоссальный ущерб. В эпоху промышленной революции он уповал на крестьянина-одиночку при отсутствии рынков сбыта, развитой дорожной сети, тем более в годы аграрного кризиса, связанного с перепроизводством зерна. Ни одна страна в ХХ веке не стала великой на основе преимущественного развития аграрного сектора. Возьмем в качестве примера Малую Сердобу, в которой жил автор воспоминаний. До ближайших рынков сбыта (Саратова и Пензы) было соответственно 120 и 100 км. Ближайшие железнодорожные станции (Петровск и Колышлей) находились соответственно в 30 и 45 километрах. Мог ли крестьянин Шайкин возить для продажи зерно, тем более мясо и молоко, на такое далекое расстояние? Много ли увезешь на лошади? Довезешь ли в целости молоко? Вопросы риторические.

Единственно возможный путь успешного экономического развития для России заключался в выделении правительством субсидий на расширение строительства железных дорог, шоссе и перерабатывающих предприятий в крупных селах, превращении их в города, а сельских бедняков – в заводских рабочих и обслуживающий персонал. То есть надо было следовать практике преобразований, проверенной в развитых странах Запада. Вместо этого премьер Столыпин направлял средства на строительство дальневосточной магистрали с целью реванша за военное поражение России в 1904 году (подвоз войск!), прекратил развернутое С.Ю. Витте дело по обустройству Центра России. Столыпин же население направлял не на заводы, а на хутора, в Сибирь, тратя на это огромные деньги. Во внешней политике Столыпин переориентировал Россию с Германии на союзнические отношения с Англией и Францией (на этой основе возникла будущая Антанта), тем самым сделав Россию уязвимый в случае конфликта с ближайшим соседом Германией, что и случилось в 1914 и 1941 годах. До этого Россия с Германией никогда не воевала, а вот с Англией и Францией – и в Отечественной войне 1812 года, и в Крымской 1854-56 гг.

А.В. Шайкин, как и другие крестьяне, интуитивно чувствовал неправоту Столыпина. Но такого же мнения придерживался предшественник Столыпина на посту премьера С.Ю. Витте, который отказывал Столыпину в способности государственного мышления.

«Вечники». Распространенное в Малой Сердобе название крестьян, приобретавших землю «навечно» в частную собственность.

«Иткаринская дорога». Старинная, ныне не существующая (запахана) дорога из Малой Сердобы на город Аткарск.

«Зашел человек к Столыпину в кабинет и застрелил в упор». Столыпин был убит агентом охранки Богровым в Киевском театре в сентябре 1911 года.

«Быстро убежал на гору Порт-Артур». Местечко в Малой Сердобе, за свою отдаленность получившее название Порт-Артура.

«В 1918 году меня взяли на Гражданскую войну». Виновниками развязывания Гражданской войны на территории нашего государства были, без сомнения, противники большевизма. Не следует забывать, что Советская власть победила почти на всей территории бывшей Российской империи бескровно, поэтому большевикам не было нужды начинать войну. А вот противники большевиков стали готовиться к гражданской войне за несколько месяцев до перехода власти в руки большевиков, левых эсеров и анархистов.

 

Атака красной конницы

 

Рис. 1. Атака красной конницы

 

Опубликованы письма генерала, одного из организаторов Белой армии М.К. Дитерихса (1874-1937) к генералу М.В. Алексееву (годы), написанные в 1917 году («Источник», 1999, №3, с.10-13). Стоит обратить внимание на то, что в своих письмах он вообще не употребляет слов «крестьяне», «рабочие», «трудящиеся». В письме от 11 ноября 1917 года (по старому стилю) вместо них Дитерихс прибегает к унизительному слову «чернь». Впрочем, один раз употребил и слово «массы», однако исключительно в смысле «необходимости» их «чем-нибудь» «облагоразумить». Видимо, это «что-нибудь» означало массовые средневековые казни.

В борьбе против «черни» Дитерихс уповал на союзников (англичан, американцев и японцев), к помощи которых «придется прибегнуть». Он умолчал, чем с ними придется рассчитываться России в час расплаты после победы Белого движения. Объективно такие как Дитерихс уже в 1917 году готовили для России участь сырьевого придатка западных государств.

Полагая, что Гражданская война неизбежна, Дитерихс предлагал Алексееву следующую стратегию. Поскольку большевикам симпатизирует «чернь» российского Севера (территория от Ледовитого океана до земель Войска Донского), т.е. русская часть России, включая ее культурные центры, то белым, считал он, следует сосредоточить внимание на работу на Украине и в казачьих областях. Такая своебразная "любовь" к русским белого генерала.

Одной из главных опасностей в начале Белого движения Дитерихс считал «преждевременное» заключение большевиками мира с немцами. Если это произойдет, писал он Алексееву, то немцы высвободившиеся на Севере дивизии бросят против Юга, «и мы лишимся Юга до Дона, а то и Волги». Юг особенно интересовал белых генералов по той причине, что именно там были сосредоточены основные природные богатства России (уголь, нефть) и металлургическая промышленность. Это как раз то, чем собирались руководители Белого движения расплачиваться за военную помощь союзников.

Территориальный раздел России начался отнюдь не с первой Советской Конституции 1918 года, предусматривавший автономию для отдельных ее частей по национальным признакам. Вслед за Керенским, при котором Украина добилась «самостийности», расчленение России намеревались продолжить белые. Еще до «Октябрьского переворота», в Екатеринодаре 20 октября 1917 года был создан «Юго-Восточный Союз» – суверенное государственное объединение Донского, Кубанского, Терского, Астраханского казачьих областей, горцев Северного Кавказа и калмыков до созыва Учредительного собрания. Орган исполнительной власти Юга России после победы белогвардейцев.

А если не удастся победить Север? Такие вопросы в среде организаторов Белого движения даже не рассматривались.

Стратегию будущей войны с «германскими большевиками Лениным и Троцким» Дитерихс предвидел по американскому сценарию войны Севера с Югом. Как известно, во время гражданской войны в Америке Север олицетворял республиканско-демократический стиль правления, Юг – рабовладельческий. Рабами дитерихсы, естественно, считали «чернь».

В борьбе с большевиками Дитерихс предлагал активно опираться на «эсдеков», т.е. меньшевиков, возглавлявшихся, как теперь известно, масонскими орденами, тесно связанными с правительствами стран Запада. Может, и сам Дитрихс был масоном. Во всяком случае не стоит забывать, что он стал ближайшим соратником Колчака, главы «Омского правительства», который прибыл на смену Деникину после длительного вояжа по Англии и США. Опытный полевой командир Деникин безропотно уступил бразды правления хорошему моряку, талантливому ученому, но плохому военачальнику. Уступил, потому что в случает отказа он вступил бы в конфликт с руководителями западных стран, что означало бы прекращение военных поставок Белому движению.

 

Отступление белогвардейцев

 

Рис. 2. Отступление белогвардейцев

 

По сути руководство Белого движения являлось агентом Антанты, правительства которой, видимо, ставили перед генералами Юга задачу не отдать Россию под немецкое влияние. В любом случае задача стояла – максимально ослабить Россию с тем, чтобы любой победитель, белый или красный, пришел к ним с протянутой рукой. В известной степени они этого добились, но в худшем для себя варианте. Советское правительство не дало повода обращаться с собой как с марионеткой, хотя старые большевики в середине 1930-х годов считали Сталина марионеткой западных правительств (см. опубликованные на этом сайте дневники большевика Василия Кураева).

Песенный Ванёк из известной красноармейской песни «Во солдаты меня мать провожала» (написанный, кстати, летом 1918 года, в начале полномасштабной Гражданской войны), отвечал родне, пеняя ей на недостаток патриотизма:

"Будь такие все, как вы, ротозеи,

Что б осталось от Москвы, от Расеи?"

Читать дальше...>>

В начало мемуаров          Окончание        В начало сайта